Союз Пострадавших от Геноцида

«Предотвращение геноцида — долг всех и каждого в отдельности. Каждый вносит свою лепту: правительства, средства массовой информации, организации гражданского общества, религиозные группы и каждый из нас. Давайте же развивать и укреплять глобальное партнерство против геноцида. Давайте защищать народы от геноцида тогда, когда их собственные правительства не смогут или не станут делать этого». Генеральный секретарь Пан Ги Мун

Archive for the month “Октябрь, 2013”

Ингушский суд- топорная работа.

Недавно был в Чечне, участвовал в процессе по делу ингушской семьи, которую АМС Грозного пыталась выкинуть из квартиры , мотивируя свой воинственный порыв бедственным положением жертв войны — чеченцев, которым негде жить в отличие от ингушей, которые жируют на их бедах.
Правосудие вершилось в неприспособленном помещении , шум и гвалт стихал в коридоре только после увещеваний помощников судей, но и то ненадолго. Дело в общем то заурядное — чиновники пытались обобрать терпигорцев, бежавших от боевых действий и вовремя не успевших выставить баррикады на подступах к своему жилью после его восстановления. Где то это проходит, где-то нет.
Забегая вперед хочу информировать любителей судебной информации, о том , что судебная коллизия разрешилась не в пользу властей.
Я привыкший в Ингушетии к смычке судей и чиновников — «близнецов — братьев», где то даже был разочарован столь скорым разрешением дела. Моя заготовка о вопиющей несправедливости и противозаконности данных претензий и ссылки на практику Верховного суда и положения Жилищного Кодекса были выслушано бесстрастно и без вопросов.
Не оживил процесса и коронный ход- ссылка на решение Европейского суда по правам человека, считающего неприкосновенность жилища важнейшим в иерархии прав защищаемых Европейской Конвенцией. С таким же скучающим видом было выслушано и дежурное возмущение представителя мэрии, озабоченной, якобы, тем , что в то время,когда тысячи жертв войны — чеченцев, бедствуют в неприспособленных для жилья помещениях, другие, жируя в спокойных регионах России, пытаются сохранить свое жилье в Грозном.
Поэтому, когда я предложил суду приобщить к делу много страничный текст решения Европейского суда по делу «Гладышева против России» ,председательствующая на процессе снисходительно разъяснила, что в этом нет необходимости -они тоже в школах учились.
Мы,правозащитники, редко получаем от решений суда удовольствие. Но в момент провозглашения этого решения я был счастлив и нем и только немного завидовал тем, в пользу которых это решение было принято. Теперь я верю, что чудеса бывают и в Чечне.
В следующий четверг я снова был в суде. На этот раз в ингушском. Верховный суд Ингушетии расположен в Магасе в новом здании. Здания новые, а привычки и пристрастия старые.
Ситуация примерно такая же как по делу в Грозном, только в сто раз масштабнее. Если Мэрия Грозного пыталась выселить одну семью, мэрия Карабулака в общей сложности требовала выселить более ста семей. Пока. Причина та же, или почти та же.
В то время когда доблестное правительство Ингушетии пытается осчастливить Россию строительством школ и жилых комплексов, подлые беженцы отказываются уйти в никуда из жилищ, в которых живут почти двадцать лет.
И даже, о черная неблагодарность , некоторые из них отказываются от пятидесяти тысяч рублей которые, не смотря на тяжелый кризис в Европе , дает им родина -Ингушетия, что бы не морочили голову и не порочили благо родной имидж республики. А некоторые до того обнаглели , что предлагают свернуть це пятьдесят тысяч в трубочку и затолкать в одно место.
Я шел в суд с легким сердцем -впечатление от триумфа правосудия в Грозном не могло не сказаться. Но сермяжная правда жизни, окатив холодным душем ингушского правосудия, скоро привела меня в чувство. Суды отличались не только зданиями. Процедура судопроизводства да и квалификация чеченских судей , не к чести Ингушетии , выглядела внушительней.
В отличие от Председателя судебного состава Верховного суда Чеченской Республики Судья верховного суда Ингушетии Кобригова М. была многословной и агрессивной. Особенно ее возмущало то, что,я, Парчиев своей демагогией о правах человека и детей, перемешанной ссылками на Европейское правосудие, бессовестно отнимаю время у двадцати пяти других, назначенных к рассмотрению на тот день дел.
Она еще больше возмутилась, когда я обратил внимание, на то, что большое количество алчущих правосудия в коридорах, печальная картина, но не повод для того, чтобы выкидывать людей их своих жилищ.
Верховному суду Чеченской Республики понадобилось 18 минут, чтобы отказать в притязаниях мэрии Грозного на жилье одной семьи.
Верховному суду Ингушетии , если бы я не конючил, понадобилось бы еще меньше времени, что бы выкинуть пятьдесят шесть семей из своих жилищ в Карабулаке. Разница в десять минут- единственное,что мне удалось выиграть.

В моем наивном представлении правосудие Высших судов -это хирургия виртуозов , но Верховный суд Ингушетии еще раз доказал, что его действия это «Топорная работа» мясников и потому должен поменять свою визитку-и,вместо дамы с мечом и весами, установить на входе палача с топором и дыбу.

Р. Парчиев- председатель Союза Пострадавших от Геноцида.

Реклама

Post Navigation